Лукашенко проти Путіна, або Смертельні бої диктаторів Без рубрики


У країні, де не люди створюють собі владу, а де влада поневолює людей для себе, людина малоцінна.

Весь цивилизованный мир, все развитые демократические страны с громадным трудом преодолевают вызов страшной пандемии. Идет борьба за человеческие жизни. Жизнь – высшая ценность. Это мир ясно осознал только после Второй Мировой войны, когда потускнели и пожухли приманки нации, расы, социального класса, различных прельстительных идеологий, в том числе и идеологии экономического роста.

Именно жизнь актуализирует язык, культуру, богатство, красоту, историю. С каждой смертью, которую можно предотвратить, в мире происходит пусть незаметная на первый взгляд, но катастрофа. Потому так непростительно ужасно любое человекоубийство ради любой цели, тем более, человекоубийство массовое, по приказу властителей осуществленное – агрессивная война, социальный террор, геноцид. Эти преступления не знают срока давности и не прощаются человечеством, как никогда не будет прощен Холокост, Голодомор, резня 1915-21 годов в Османском государстве, Большой террор в государстве большевицком. Никогда.

Именно поэтому, махнув рукой на деградацию экономики, богатейшие государства Запада ныне спасают людей, вырывают их из лап пандемии, платят огромные деньги, поддерживая тех, кто находится в самоизоляции. Люди легко восстановят экономику после окончания эпидемии. Но некому и не для кого будет восстанавливать страну, за зря погубившую своих граждан. В былые эпохи после нашествий чумы жизнь восстанавливалась десятилетия, а то и века. Именно потому, что не умели и не могли беречь людей.

Теперь мир умеет и может сберечь многих. Но не все хотят сберегать. Там, где не люди создают себе власть, а где власть порабощает людей для себя, человек малоценен. Для правителя важнее земля, заводы, природные богатства, золото в хранилищах национального банка, власть, слава и величие – людей, если надо, купим, было бы на что купить и кому покупать, рассуждают они.

В Европе таким монстром оказался Лукашенко, который даже парад не отменил, даже старикам позволил в нем участвовать, и все ради того, чтобы утереть нос своему «собинному другу» Путину. Ты вот – слабак – прогнулся перед вирусом, перед врачами алармистами, а я каким был, таким и остался. Ты голосование по поправкам отменил, парады проводить не стал, а я и выборы проведу, и парад провел. А люди? – Они все равно умрут, что их жалеть, помнишь, твой покойный друг Березовский так в свое время объяснял, почему он продает оружие чеченским боевикам – рано или поздно все умрут, а деньги ценность – на нее покупается власть над еще живыми людьми. А что может быть слаще такой власти?
А ты, Володя, слабак, съел тебя гуманизм, опозорил ты свои «седины». Ты еще денег им дай, людям-то своим, как Трамп или Меркель, совсем «пиндосом» станешь. А еще просил мою советскую Беларусь объединить с твоей Россией. С пиндостаном? Да никогда!

Но если Путин и опозорился перед кем-то из-за введения карантина, то только перед сатаной и Лукашенко и, может быть, еще перед Ким Чен Ыном. Наоборот, когда Путин, после посещения госпиталя в Коммунарке, нашел в себе силы сказать, что он отменяет голосование по поправкам, отменяет парад в честь 75-летия победы над нацизмом и вводит полный карантин – он показал себя ЧЕЛОВЕКОМ. Не все, очень не все этого ожидали. И я был искренне рад, что Путин в главном действует как лидер свободной страны, как Меркель или Макрон, а не как тиран, равнодушный к жизни людей. Его слова – мы снимем карантин, когда это нам разрешат сделать врачи – были одними из самых человечных слов в его жизни.

Денег людям он дал очень скупо, но даже и тут что-то пытался сделать «как все», хотя было видно, как все в нем противилось этой, естественной в таких обстоятельствах щедрости.

И вот, позавчера он все перечеркнул и погнался вслед за Батькой, соревнуясь с ним в бесчеловечности и крутости.

На пике эпидемии, после 42 дней карантина, когда Россия по числу заболевших вышли на второе место в мире, надо было объявить о большой помощи гражданам, найти слова сочувствия и поддержки, назвать несколько имен погибших, и в их лице – явить скорбь к гибели и страданиям людей. И попросить – вот деньги мы даем, открываем самые сокровенные фонды, но давайте все еще немного потерпим, еще 21-35 дней, как скажут врачи-эпидемиологи. А потом начнем осторожный выход. Но поддержка людей продолжится до того момента, пока люди не включатся в полноценный рабочий процесс и не начнут получать полновесные деньги.

И, о чудо, тиран стал бы тогда вновь уважаемым политиком. Отказываясь от безумств последних 10-12 лет он восстановил бы к себе доверие людей и ушел бы на покой после проведения правильных демократических парламентских выборов и восстановления системы местного самоуправления.

Но Путин ничего подобного не сделал и не сказал. Он, уязвленный крутостью минского тирана, решил идти вслед за ним. А это для него, потомственного офицера ЧК-КГБ, более чем естественно. В бесчеловечности Лукашенко оказался круче, традиционней. Конкурс на бесчеловечность он выиграл у Путина. А в человечности Путин проиграл всему миру, оказался слаб. Жаль. Жаль его, но намного более жаль нас, управляемых циничными и бесчеловечными тиранами, жаль и белорусов, и русских… Нашим народам предстоят тяжелые времена и ныне, при пандемии, и после.

Лукашенко проти Путіна, або Смертельні бої диктаторів
0 votes, 0.00 avg. rating (0% score)